Антропофагия в греческой мифологии
Мотивы антропофагии (ἀνθρωποφαγία) / каннибализма и, в частности, педофагии нередки в греческой мифологии. Я не ставил целью сделать полный обзор темы, но привожу лишь те мифы, которые упоминаются на других страницах сайта.
Кронос
Рубенс, 1636
Прадо
Кронос — титан, младший сын Урана-Неба и Геи-Земли, верховный бог первого поколения богов, первый антропофаг, скорее, однако, теофаг.
Кронос печально известен тем, что, получив соответствующий оракул и опасаясь за свою верховную власть, последовательно пожирал своих детей. Он проглотил: Гестию, Деметру, Геру, Гадеса, Посейдона. Это список по Гесиоду, но вовсе не обязательно он отражает порядок рождения / поедания. Похоже, первым был рождён Гадес, а из богинь первая Гестия. Кстати, непонятно, зачем Кронос пожирал дочерей: на всякий случай или во вкус вошёл, или из соображения равенства полов.
Последний из детей Кроноса Зевс избежал печальной участи стать обедом своего отца: его мать и супруга Кроноса Рея подсунула мужу-каннибалу запеленутый камень, тот его проглотил и не подавился. Зевс (с приключениями) вырос, инкогнито поступил к отцу на должность виночерпия и успешно совершил диверсию: подал Кроносу новичок сильнодействующее рвотное — горчицу с солью, — разведя его в медовом напитке. Кронос выблевал проглоченных детей (похоже, они не росли в его утробе) в обратном порядке (LIFO: Last In, First Out) и камень тоже (First Out): в последствии он располагался в центре мира в Дельфах и был предметом религиозного почитания. Назывался этот камень омфал («пуп» — то есть пуп земли).
Освобождённые дети споро подросли и исполнили сказанное оракулом: свергли каннибала-отца и заняли его место. Не в смысле покушать.
Ликаон
Jan Cossiers по работам Рубенса, 1636 — 1638
Прадо
С царем Аркадии Ликаоном связана какая-то мерзость перед Зевсом
, но какая именно, источники расходятся. Обычно считается, что непутёвый царь практиковал человеческие жертвоприношения и однажды убил некого младенца на алтаре Зевса, чего тот уже стерпеть не мог. Но есть и миф с элементами антропофагии.
Как-то раз Ликаон сварганил чудовищное блюдо: он убил своего сына (или внука) смешал его мясо с мясом жертвенных животных и зажарил. Сына или внука звали Никтим или Аркад; тот ли это Аркад, что сын Каллисто, дочери Ликаона, и тогда его внук, или натурально сын — неизвестно, затерялось в веках; там с этой генеалогической линией путано. Зажарил, а может, и остальные 49 сыновей ему помогали, вертел вертели, варево мешали. И решил Ликаон накормить омерзительной трапезой богов. Он то ли намеревался экспериментально проверить и, если удастся, развенчать веру во всеведение богов, то ли пытался осквернить зевесову божественную сущность каннибализмом, мстя Зевсу за совращение его дочери Каллисто (sic, такая тут продолжается мешанина с родственными и другими связями). То ли, как говорит одна из версий, в семье Ликаона вообще практиковали каннибализм — Зевс об этом прознал и решил самостоятельно проверить лишенцев, претворясь простым путником.
Так или иначе, Зевс легко распознал коварство, опрокинул стол с трапезной (этот стол стал горой в Аркадии Трапезунт < гр. τραπέζι, «стол», ну и да, «трапеза» — это от того же греческого стола) и превратил Ликаона в волка, а сыновей перебил молниями. Этот волк стал потом созвездием Волк, а в Аркадии сформировался культ Зевса Ликейского, иногда представляемого в образе волка.
Тантал
Юг Тараваль, 1766, Версаль, Франция
Тантал — фригийский царь, тот самый, что в посмертии испытывает «танталовы муки»: вечно голодный и алчущий, стоит в Аиде по пояс в воде, а над ним склоняются плоды — но стоит ему сделать попытку наклониться и попить или поднять руку и сорвать вожделенный плод, как вода уходит в почву, а ветви с плодами поднимаются в недостижимую высоту.
Наказан он был так не за обжорство или жадность: история с ним до странности напоминает историю Ликаона. есть, конечно, альтернативные варианты Он тоже сварил своего сына, Пелопа. Царь был естествоиспытателем и решил проверить всеведение богов, пригласив их на пир и предложив отведать человеческое мясо. Этически сомнительный эксперимент потерпел полное фиаско: боги человечину есть они не стали, отвергнув мерзкое блюдо и только Деметра, в печали о судьбе дочери свой Персефоне, изгрызла лопатку Пелопа. Целиком. Тантал был низвергнут в Аид вечно стоять в холодной воде.
Несъеденный целиком мальчик был оживлён всемогущими олимпийцами: они ломтики мяса сложили вместе, как-то там в бубен побили поколдовали, и дитя ожило. А отъеденную лопатку Гефест восстановил из слоновой кости, и Деметра приладила её на место.
Всё, казалось бы, окончилось не плохо, но — увы! — потом Пелопа и его потомство ждало «проклятие Миртила» и тяжёлая судьба: это другие истории, одну из которых мы услышим дальше.
Почему два антропофагных мифа с Ликаоном и Танталом так похожи, непонятно: нет указаний, что они влияли друг на друга, или что у них есть общий протомиф. Пока придётся остановиться на этом.
